Оторванные.


Оторванные. Вот они. Прямо перед тобой, проносятся перед глазами мимо, в даль, а ты их и не видишь и не замечаешь. А он и не стараются быть заметными. Им это ненужно, незачем. Они не хотят чтобы о них знал кто-то ещё, кроме них. Не в том смысле «не хотят», в котором их можно понять, а в том, что они просто не могут хотеть.
Оторванные. Простые сосуды, наполовину наполненные жизнью, стоят рядом, и пустыми глазами смотрят на мир, на «мир» с маленькой буквы, ибо большой он ещё не заслуживает. По их мнению. Никому нет дела до их мнения, но каждое существо заслуживает своего мнения. Они похожи на размытое пятно, которое видно, но которое уже можно стереть. Пополам. Они сосуды. Проходишь мимо них даже не взглянув. Проходишь, идя на поводу своей собственной суеты, такой глупой и нелепой суеты, ищешь отгадки на свои вопросы, на тайны мироздания. Ищешь и не можешь найти. А ты оглянись — у них есть ответы. Стоит только спросить, и они расскажут, нашепчут на ухо, те самые сокровенные слова, которые ты хочешь услышать всю жизнь. Но ты не останавливаешься. Ты слишком спешишь.
Оторванные. Они — магниты, с одинаковыми полюсами. Их тянут к себе, в разные стороны реальность и праматерь. Они хотят вернуться к праматери, туда где сольются в одно, нечто более великое чем сама Материя. Там где нет времени, нет желаний и нет стремлений, есть лишь одно огромное и великое, светлое Сознание. Единство. Но реальность их не отпускает. Так создаётся равновесие. Равновесие мира.
Оторванные. В их блеклых глазах, кажется вся жизнь, серые, они отражают свет всего мира, они его собирают в своих глазах, и хранят, до Единения с праматерью. Когда объединяются, то отдают его Земле, и свет загорается ярче, и падают звёзды, тихо-тихо, так что ты и не услышишь, и не увидишь, ведь глаза обманчивы, эти наши одинокие глаза, у которых они воруют свет.
Они рядом, стоит тебе только посмотреть, по-настоящему посмотреть, и ты увидишь. И заплачешь, от счастья, что ты не один. Хотя на самом деле ты одинок как никогда, это лишь их глаза освещают твою жизнь, полупустые глаза, как мерка наполненности, сосудов. Скоро все они уйдут к праматери, и больше светить станет не кому.
Оторванные. Стоят возле больших зданий, за решётками, возле зданий, и зовут, тихим шёпотом. Просят о помощи, ведь им нужна помощь как никогда. Услышь же их. Иначе ты, скоро, как и они, объединишься с праматерью, имя которой — Безумие.

0 комментариев

Оставлять комментарии могут не только лишь все, мало кто может это делать.